Танго нуэво...

На прошлой неделе в Буэнос-Айресе отгремел очередной Чемпионат мира по танго, и на каждой милонге, даже самой консервативной и «милонгерской», не стихают обсуждения разной степени накаленности. Каждый год Мундиаль невольно заставляет местное сообщество рефлексировать и переоценивать танго, и в какой-то степени расширять представления о нем.

Предметом обсуждения является обычно категория tango pista (танго для танцпола), тогда как tango escenario (танго для сцены) – традиционно остается за скобками, как слишком искусственная. Но вот в этом году сравнение танцев победителей Чемпионата заставляет задуматься о новых трендах. И о том, что можно считать «настоящим» танго и что такое «новое танго».

Я прихожу смотреть на этапы Чемпионата мира по танго в Буэнос-Айресе не первый год, и, как и многие здесь, пренебрегала «сценическим» танго, считая его «чем-то для нуэвщиков». А вот если бы я сама себя спросила, кто такие «нуэвщики», с ответом бы затруднилась. Но кажется, настало время разобраться.

Итак, нуэво и эсценарио это одно и то же?

Нет.

«Танго для сцены» – это категория драматическая. От «танго для танцпола» она отличается так же, как классический театр от игрового кино. Сцена требует другого масштаба: движение должно читаться издалека, а несколько минут номера обычно складываются в законченное высказывание – сюжетное, эмоциональное, пластическое. Насколько сложной при этом должна быть хореография – вопрос глубоко вторичный.

В этом году участники сценической категории, по слухам, ринулись во все тяжкие и показывали даже танго-комедию и танго-триллеры, например, вампирские, и задействовали реквизит, и не гнушались завуалированной критикой самого танго-жанра. На фоне такого авангарда фаворитами полуфинала стала пара с очень простым и красивым танцем, совсем без акробатики. Они в прошлом году выиграли категорию «танго для танцпола», и было бы круто, если бы в этом они взяли и «сцену», но нет – стали только серебряными призерами. Их шоу было единственным, которое я досмотрела из всех сценических, и посмотрела его несколько раз. Хореографию номера, который почти выиграл Мундиаль, по набору элементов вполне можно представить на занятиях в танго-школе. Такой номер могли бы показать классические пары из 70х−80х. Так что нет, это танго не «новое».

Может «новое танго» это сегодняшнее «танго для танцпола»?

Иногда хочется ответить «да») Но нет. Недавно я писала, что в прошлом году на Чемпионате отчетливо прослеживалась тенденция к медленному, вдумчивому танцеванию, с объятием и паузами. В этом году ветер переменился. И в тренде оказалось быстрое, резкое, почти агрессивное танго, со сложными элементами (но по-прежнему с глубоким объятьем). И потому импровизация победителей «танцпола» парадоксально оказалась в разы сложнее отрепетированного шоу почти-победителей «сцены». Но новая ли это тенденция? Можно ли толковать сложность и эффектность как «нуэво»? Неа. Посмотрите хотя бы на старые видео Марии Ньевес (чью память, кстати, с огромным уважением почтили на финальном шоу этого Мундиаля) и Хуана Карлоса Копеса, – на то, что они творили полвека тому назад.

Вопрос, что же тогда такое «новое танго», танго-нуэво, меня так озадачил, что я пошла с ним к старым милонгеро, на чьем веку, как я полагала, этих новых танго было в количестве.

— Ха! – Рассмеялся Марсело Салас, организатор одной из старейших милонг Буэнос-Айреса. – Новое танго? Его не существует! Есть просто танго. Не новое, и не старое.

Да, на глазах старых милонгеро, за те времена, когда танго еще пешком под стол ходило и переживало подростковый возраст (и до сих пор, кстати, переживает), сменилось очень много стилей. Они же и придумывали какие-то элементы и последовательности, которые мы танцуем и считаем базой, они исследовали танго, каким оно может быть. Они знают, что сегодняшние тенденции – это только мода, которая приходит, уходит и снова возвращается.

— Но подожди, ведь считается, что нуэво – это стиль музыки, который начал Пьяццола, и стиль танца, которое начал Густаво Навейра.

— Ну вот, опять ты хочешь все разложить по коробочкам, – отмахивается Марсело. – Это поколения. Всегда приходят бунтующие молодые, а через 20 лет оказывается, что то, что они танцевали, – это самая что ни на есть классика. Кстати, сам Навейра не считал то, что он танцует, отдельным стилем.

– Ладно. Но есть такие пары, на которые смотришь и понимаешь, что они танцуют нуэво…

– Да, бывает, пары танцуют без объятия вообще, с опущенными руками. Или могут сочетать приемы с контактной импровизацией, джазом, фольклором… Или делают сложные странные пируэты. В таких случаях, может, и говорят «нуэво», но это не более чем жаргон. Этот жанр исторически назывался «танго-фантазией». Эксперименты с танго были во все времена. В этом тоже нет ничего нового.

Если танго-нуэво не существует, то что же тогда танцуют те, кто думает, что танцует именно его? Получается, танго-фантазию. Или танго для сцены. Или сложное танго для танцпола. А кто-то танцует что угодно, но не танго. Или не танцует вообще :)

– А как же, – говорю, – те, кто танцует на милонге в открытом условном объятии, без контакта, без постуры, широкими па разбрасывая окружающие пары?

Марсело даже не улыбается, разводит руками и молчит.

И вот тут получается забавная вещь: чем пристальнее пытаешься вглядываться в tango nuevo, тем сильнее расплывается граница между новым и просто живым танго.

Дело в том, что любое танго начинается с азов. С поиска баланса, с контакта, с техники шага и поворота, с фигур, с интерпретации музыки, со связи с полом и партнером. Мы учимся слушать себя и партнера так же, как начинающие художники рисуют гипсовые головы. В их среде с основ реализма начинали и те, кто потом экспериментировал и становился импрессионистом, абстракционистом, кубистом… Прежде чем ломать перспективу и форму, многие из тех, кто потом менял историю искусства, годами учились их строить. Многие люди без художественного образования и опыта могут закрасить холст черным, но «Черный квадрат» стал шедевром после долгого пути Малевича от академических основ к собственной художественной системе. В танго все примерно так же. Думаю, примерно каждый из ныне живущих маэстро начинал с копирования своих учителей, потом, через годы, выбирал свой стиль и только через десятилетия – создавал что-то новое. Инструменты, которые мы получаем в танго-школах и которые мы затачиваем на практиках и милонгах, могут позволить нам внести в танго что-то свое. И, может статься, породить «новое танго», которое через 20 лет станет классикой.

 

Ирина Стрелкова ©